header 2018m

Stevsky.ru С миру по нитке Путешествия Африка Сафари в Кении - Национальный парк Масааи Мара

Сафари в Кении - Национальный парк Масааи Мара

Из трёх основных национальных парков Кении Масаи Мара обладает самым большим разнообразием животных и, возможно, самым большим количеством хищников из семейства кошачьих. В Амбосели, другом парке Кении, водятся в основном только слоны, поэтому приезжающие в Амбосели туристы могут наблюдать лишь их огромные серые бока и упирающийся в небеса пик горы Килиманджаро (последний - только в случае хорошей погоды, поэтому как повезёт). В третьем парке, Накуру, основное внимание забирает огромная популяция фламинго, давным-давно облюбовавшая озеро Накуру и являющаяся самой крупной популяцией в мире, а с учётом повсеместного истребления этих пернатых, в скором времени ещё и последней...

 

В других национальных парках Кении изобилие животного мира также несколько уступает Масайскому заповеднику, поэтому мы и выбрали его как главный пункт нашего путешествия и сафари. Как потом делился с нами размышлениями повар отеля, в котором мы остановились, самое главное на сафари - это опытный водитель. Молодой водитель, впервые заехавший в заповедник, будет придерживаться главной дороги и никогда не увидет чего-то необычного: на его пути будут попадаться стада мирно пасущихся слонов, газелей Томсона, антилоп и, может быть, пара кабанчиков. Опытный же водитель знает почти все тропы в этом парке и может охотиться в нём не хуже дикого льва, только лев охотится для пропитания, а водитель - для удовольствия вверенных ему туристов. Он, как заправский следопыт, следует едва заметным ориентирам: следам, примятой траве, кружащим птицам и т.д. В сочетании с высотами мастерства вождения экскурсионного фургончика для сафари, который лихо прыгает на кочках абсолютно непроходимой местности, он позволяет своим подопечным увидеть и отснять такие кадры дикой природы, которых не видывала ни одна специализированная операторская бригада! Нам попался именно такой водитель в Масаи Мара. Он водил фургон по непроходимым тропам и зорко высматривал редкости в кустах заповедника. Благодаря ему мы смогли запечатлеть следующие кадры:

- лев и львица прогуливаются по саванне и проходят совсем рядом с машинами, не обращая на них никакого внимания
- ягуар охотится, прячась
- пугливый кабанчик, точь-в-точь как Пумба из мультфильма Король лев, задрав хвост проносится совсем близко
- антилопы бодаются, определяя, кто в стаде самый главный
- леопард выходит на дорогу, валяется в дорожной пыли, как домашняя кошка, прогуливается в метре от нашей машины и залезает под соседнюю в надежде спрятаться от палящего солнца
- шакалы и стервятники делят добычу, оставленную львами после сытного завтрака. Огромному буйволу очень не повезло этой ночью, а три сытых льва уходят степенным шагом в поисках новой добычи
- два носорога прячутся в кустах и заснять их удаётся только ездалека, но и это хорошо, потому как увидеть чёрного носорога - редкая удача!

В итоге, благодаря нашему водителю, мы увидели рекордное количество животных для обычного человека: слонов, бегемотов, носорогов, крокодилов, газелей, антилоп, буйволов, шакалов, стервятников, шимпанзе и бабуинов, диких кабанов, львов, ягуара, леопарда и много прочей живности, включая пернатых. Пересекли границу Кении и Танзании, там, где Масаи Мара переходит в Танзанийский парк Серенгети, вышли из нашего минивэна и совершили пешую прогулку по звериным тропам к водопою, там неподалёку сьели взятый с собой ланч и после продолжили своё путешествие. 2 часа в первый день, почти 8 часов (с 8 утра до 4 вечера) во второй и два часа в третий - вполне ёмкое сафари, не сильно утомительное, с перерывами на завтрак, обед и ужин, но вобравшее в себя все краски и звуки Кенийского национального парка Масаи Мара.

 


В завершение второго дня, уже после выезда из парка, наш водитель, согласно прописанному ранее плану, отправился в масайскую деревню, чтобы мы могли увидеть жизнь племени Масаев. Удовольствие это не из дешёвых: главный заводила Масаев запросил с нас 40 долларов за своё масайское шоу - по 20 за человека, что в переводе в Кенийские Шиллинги составило целых три тысячи. Сторговавшись на 1200 шиллингов и 10 долларов сверху, мы получили одобрение местного заводилы и шоу началось.
Мужская часть населения, разодетая в полосато-красные накидки, украшенные всевозможными побрякушками, пела воинственные песни, вприпрыжку бегая вокруг нас, а главный горнист племени Масаев заунывно подвывал при помощи большого рога, видимо, оторванного у буйвола. Сделав несколько кругов почёта, племя выстроилось в ряд и стало напрыгивать на камеру, сопровождая сие действие недобрыми выкриками сквозь неровные зубы. После начались соревнования по прыжкам в высоту, которыми так славится это полудикое племя. Кто победил в соревновании, я так и не понял, но поучаствовать пришлось.
По завершении вводной части (а это была именно вводная часть) вождь Масаев позвал нас в свой двор. Круглая площадь с десятком одноэтажных домов, куда мы попали через небольшую дыру в импровизированном заборе, была полна детей, резвящихся в дерьме. Как рассказал нам главный среди Масаев, этот двор - место обитания одной семьи, состоящей из 72 членов, среди которых 35 детей, большая часть которых в тот момент была в школе. Дерьмо, покрывающее всю площадь, - продукт производства местных коров, которых на ночь загоняют внутрь и заделывают все выходы, оберегая себя и скот от диких животных. Во дворе нас встретил хор женщин племени Масаев, исполнивший приветственную песню, а за ней - свадебную. Масайские женщины особо любят подчёркивать свою индивидуальность пирсингом в ушах, что иногда приводит их уши к виду безвольно свисающих тряпок, подвязанных множеством ленточек, плетёных из бисера косичек, колец, цепочек и прочих побрякушек. На щиколотках у масайских женщин - обручальные кольца, благодаря которым можно сказать, что только одна из всего хора была незамужней.
После всех песен вождь повёл нас в свой дом. Тёмная, не освещённая ничем лачуга, обладала стойким запахом и очень низким входом. Внутри - очаг, две кровати, на одной из которых спит мужчина с тремя детьми, а на второй - женщина с двумя другими. Итого пять детей на семью и то это только те, что ещё живут с родителями. Те, что постарше, или покидают деревню, или переезжают в новый дом. Дома построены из окружающего материала: камней, травы и коровьего дерьма. На постройку одного дома среднестатистическая Масайская женщина тратит около двух недель (мужчины такой глупостью не занимаются, они предпочитают охоту, рыбалку и воинственные танцы для бледнолицых туристов), а термиты разрушают дом за 6 лет и тогда женщине снова нужно приниматься за работу. После осмотра жилища мы вернулись в пахнущий двор, где Масайские специалисты готовили очередное развлечение: при помощи кусочка дерева и длинной палочки эти гении пиротехники решили добыть огонь. На добывание огня у них ушло не больше пяти минут, во время которых они быстро менялись и не давали дереву остыть. Пошёл густой белый дым и в точке соприкосновения затлели угольки. Будь у них хоть немного бумаги или другого горючего материала, мы бы смогли развести костёр, а так всё ограничилось угольком и белым дымом. После пиротехнических забав нас отвели в дальний угол деревни, где оставшиеся Масаи устроили торговые ряды с сувенирами: поделки из дерева, побрякушки, фирменные покрывала и много всякой мелочи. Львиный клык на верёвочке предлагался по цене 900 шиллингов за штуку (360руб.), но торговаться с целью покупки мы не стали: возможно, конечная цена была бы более привлекательной.

 

Покинув Масайскую деревню, мы вернулись в наш лагерь Oltome resorts. Так закончилось трёхдневное путешествие в Масааи мара.
Обновлено ( 17.12.2013 08:59 )  

Цитата дня

Наиболее перспективны отрасли знания на стыке двух или нескольких наук. Так, проблемы атомного ядра охватывают вопросы химии, физики, биологии, технических наук и т.д. Интенсивные точки роста науки наблюдаются в таких областях как биохимия, биофизика, биоорганическая химия, молекулярная биология, химическая физика, физическая химия, математическая лингвистика и математическая логика.
И.Ю. Микляев

Последние новости

Популярное

Google+